Начало XVII века стало для Москвы временем тяжёлых испытаний. Смутное время принесло разруху, голод и политический хаос. Одним из самых суровых событий тех лет была блокада 1610–1612 годов, когда город оказался почти полностью отрезан от внешнего мира и окружён войсками.
В 1610 году власть в Москве перешла к польскому гарнизону, занявшему Кремль и центральные районы. За пределами стен расположились отряды русских ополченцев, стремившихся остановить продвижение интервентов и вернуть контроль над столицей.
Перекрытые дороги и прекращение торговли быстро превратили военную блокаду в общегородское бедствие. Доставить продовольствие стало почти невозможно, и это ударило по всем — как по защитникам, так и по мирным жителям.
С первых недель блокады начался острый голод. Запасы хлеба стремительно таяли, а цены на продукты выросли до невероятных значений. Жители были вынуждены питаться травой, корой деревьев и иной суррогатной пищей, порой прибегая к крайним мерам.
Антисанитария, скученность населения и нехватка чистой воды способствовали вспышкам эпидемий. Особенно тяжело приходилось бедным, у которых не было никаких запасов.
Несмотря на тяжёлое положение, москвичи не утратили надежды. За пределами города формировались народные ополчения. Первая попытка прорвать блокаду окончилась неудачей, но в 1612 году второе ополчение под руководством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского смогло добиться успеха.
Большое значение имели тайные связи между горожанами и ополченцами. Через подземные ходы и лазейки передавали вести, оружие и немного продовольствия, что помогало удерживать дух обороняющихся.
Осенью 1612 года польский гарнизон капитулировал. Москва встретила освободителей измученной, но непокорённой. Началось восстановление: возвращались жители, возобновлялась торговля, ремонтировались дома и храмы.
Память о блокаде осталась в летописях и народных преданиях как символ стойкости, сплочённости и готовности москвичей защищать свой город даже в самых безнадёжных обстоятельствах