Юстинианова чума долго оставалась "тёмным пятном" на карте древних пандемий: хроники пугают масштабом, но прямых генетических подтверждений в самом сердце событий ещё недавно не было. Новый проект международной команды из USF и FAU вместе с индийскими и австралийскими коллегами впервые получил в Восточном Средиземноморье локальное ДНК-свидетельство Yersinia pestis — в братской могиле Джераша (Иордания). Это не только закрывает давний пробел, но и уточняет эволюцию возбудителя и социальные механизмы, через которые города превращались в катализаторы эпидемий.
В подземных помещениях римского ипподрома, раскопанных ещё в 1993 году, покоятся около 230 человек — мужчины, женщины, дети, погребённые без обряда. В 2025-м из 37 зубов и двух рёбер извлекли древнюю ДНК и протеины; у пяти индивидов секвенировали геномы Y. pestis с покрытием до десятков иксов. Геномы оказались почти идентичными (≈99,99%), что говорит о скоротечной вспышке одной линии возбудителя в городе, тесно связанном торговыми путями и перемещением людей и грузов.
"Эта однородность демонстрирует жестокость и внезапность эпидемии в Джераше", — подчеркнул руководитель геномного анализа Рэйс Х. Ю. Цзян (USF).
Сразу после этого авторы показывают, что такая картина согласуется с массовыми нестандартными захоронениями и археологическими следами кризиса в городской инфраструктуре.
Генетический профиль штамма включает ключевые факторы вирулентности: ymt (передача через блох), pla (инвазия), капсулу F1 (защита от иммунного ответа). Уже к VI веку "пандемический набор" был сформирован, а молекулярные признаки — стабилизированы. Филогенетика, собранная в единую картину (вплоть до интеграции с платформами визуализации эволюции), показывает: штамм Джераша — ветвь первой пандемии (541-750), но он не "мать" Чёрной смерти XIV века и третьей пандемии XIX века.
"Наши результаты показывают, что Y. pestis неоднократно выходила из природных резервуаров, вызывая человеческие пандемии", — отметил соавтор Субхаджит Датта (CSIR, Индия).
После этой реплики исследователи делают практический вывод: пандемии — это не одна "суперлиния", а многократные зоонозные прорывы, и профилактика должна адресовать цепочку "резервуар — переносчик — человек".
Джераш VI века — густонаселённый, с акведуками, термами, рынками и складами. По изотопам кислорода в зубах видно: здесь сходились люди разного происхождения. Грызуны и блохи путешествовали вместе с зерном и тканями, а разобранный на мастерские ипподром в момент кризиса стал импровизированной могильной камерой — явный индикатор социальной дезорганизации.
"Города — это катализаторы эпидемий. Не только из-за плотности населения, но и благодаря своим торговым сетям", — подчеркнул археолог Андреа Вьянелло (USF).
Сразу далее команда уточняет: транспортные коридоры усиливают риск, поэтому именно урбанистические узлы чаще дают "вспышку-ускоритель".
| Позиция | Раньше | Сейчас (после Джераша) |
|---|---|---|
| География доказательств | Запад и Центр Европы (далеко от эпицентра) | Прямое ДНК-подтверждение в Восточном Средиземноморье |
| Происхождение пандемий | Одна длительная линия | Множественные независимые выходы из резервуаров |
| Роль города | Фон для болезни | Активный усилитель передачи (логистика, плотность) |
| Эволюция возбудителя | "Дозревал" к средневековью | К VI веку имел пандемический набор факторов |
А что если подобные братские могилы вокруг Леванта и Египта дадут такие же "чистые" геномы? Картина первой пандемии станет мозаикой локальных вспышек, связанных торговыми нитями: одни ветви затухали, другие вспыхивали вновь, а города-узлы играли роль усилителей риска.
| Плюсы | Минусы |
|---|---|
| Прямое подтверждение возбудителя | Зависимость от сохранности материала |
| Точная филогенетика линий | Риск современных контаминаций |
| Связь биологии и городской среды | Неполнота археологического контекста |
| Пересборка региональной истории пандемии | Высокая стоимость лабораторных процедур |
Миф: "Все средневековые чумы — одна и та же линия". Правда: данные филогенетики указывают на многократные, независимые выходы Y. pestis.
Миф: "Византия преувеличила масштабы". Правда: массовые нестандартные захоронения и геномы из Джераша подтверждают внезапность и тяжесть вспышки.
Миф: "Город сам по себе не важен". Правда: логистические сети и плотность населения резко повышают скорость передачи.
• Ипподром Джераша к VI веку уже не использовался по назначению и был переоборудован — это облегчило его "экстренное" превращение в место массовых захоронений.
• Изотопные "подписи" в зубах фиксируют географию детства — по ним видно, что город был настоящим перекрёстком Восточного Средиземноморья.
• Набор вирулентности (ymt, pla, F1) присутствовал уже в линиях VI века — значит, к эпохе Юстиниана чума была "биологически готова" к пандемии.