Когда Алёна в очередной раз случайно увидела уведомление на мамином телефоне — "перевод Никите 25 000 ₽", — она будто на секунду перестала дышать. Приложение моргнуло, экран погас, а внутри поднялась знакомая волна: смесь обиды, неловкости и какого-то смутного стыда за свои чувства.
Не то чтобы она нуждалась в этих деньгах. Алёна сама справлялась со своими расходами — снимала квартиру, работала, училась на курсах. Но каждый раз, когда речь заходила о помощи, она слышала одно и то же: "Ты у меня самостоятельная, у тебя всё получится". Никита же — ровесник, взрослый мужчина — регулярно получал от мамы крупные суммы "на закрытие кредита", "на ремонт", "на чёрный день".
Алёна пыталась объяснять себе всё логично: у брата неустойчивая работа, мама переживает, хочет поддержать… Но внутри копилось чувство несправедливости. Почему быть самостоятельной — это её обязанность, а его — повод для помощи? Почему её взрослая жизнь — "ты справишься сама", а его — "если что, я всегда помогу"?
Однажды Алёна поделилась переживаниями с подругой, и та впервые произнесла слух: возможно, дело не в деньгах, а в роли, которую мама бессознательно отдала сыну.
Психолог Анна Мухина подтверждает: различия в финансовой поддержке детей часто коренятся в семейной динамике — и не всегда осознаются матерью. Об этом сообщает Pravda. Ru.
По её словам, важную роль играет эмоциональная связь в паре "мать-сын". В некоторых семьях сын становится для женщины фигурой, которая бессознательно заменяет партнёра — особенно если она растила его одна.
"Если женщина одинока и растит сына без мужа, то фигура сына нередко для нее заменяет партнера. В таких случаях отношения приобретают деструктивный характер, мать излишне контролирует взрослого сына и нередко берет на себя ответственность за его финансовое благополучие", — объясняет Мухина.
Такой симбиоз приводит к тому, что взрослый мужчина остаётся зависимым — эмоционально и финансово. Он не поддерживает мать, а наоборот, нуждается в её постоянной опоре.
При этом дочь в такой системе нередко получает противоположную роль — "самостоятельная", "надёжная", "та, кто справится". Отсюда и резкая разница в том, кому и сколько переводят.
Мухина отмечает, что влияют и общественные ожидания.
Общество по-прежнему ждёт от мужчин успешности и материальной состоятельности. И многие матери, даже не замечая этого, стремятся "поддержать образ" успешного сына, вкладываясь в него финансово.
"С точки зрения общества мужчина должен обладать деньгами, уметь обеспечивать себя и других. Заботливая мать может стремиться помочь сыну выглядеть успешным… Поэтому нередко женщины переводят сыновьям деньги, считая это вкладом в их будущее и социальный статус", — поясняет психолог.
Так формируется странный парадокс: общество ожидает от мужчины независимости, но мать может бессознательно усиливать его несамостоятельность, слишком активно защищая от реальных трудностей.
Российский психолог и обозреватель MosTimes Елена Гаврилова подчёркивает, что финансовая несправедливость внутри семьи болезненна не из-за денег, а из-за ощущаемой разницы в ценности.
По её словам, дочери часто переживают такую ситуацию как эмоциональное "обесценивание":
они видят, что усилия, самостоятельность и ответственность не воспринимаются как что-то важное.
Гаврилова отмечает:
мать может считать помощь сыну естественной частью заботы;
при этом не замечать, что дочери нужна не сумма, а чувство равного отношения;
сравнение рождает обиду и скрытую конкуренцию между детьми.
Психолог советует не замалчивать напряжение, а обсуждать с матерью свои чувства в формате "я-высказывания" — не требуя денег, а объясняя, что больно видеть разницу в поддержке. Это помогает мягко обозначить свою позицию без обвинений.
Иногда такой разговор становится началом изменения семейных ролей — пусть и постепенного.