Ещё пару лет назад Анна не задумывалась, почему после общения с подругой Алисой чувствует себя опустошённой. Казалось, что ей просто не хватает времени выдохнуть между рабочими встречами, заботой о детях и домашними делами. Но постепенно Анна стала замечать: каждый разговор с Алисой превращался в бесконечный поток жалоб, претензий, обвинений и ожиданий, что Анна вновь станет "жилеткой" для очередной драмы.
Однажды Алиса позвонила поздно вечером. Голос был напряжённым, почти обвиняющим:
— Ты можешь сесть и нормально поговорить? Мне так плохо, и никто меня не понимает.
Анна, как обычно, оставила все дела, села на край дивана и приготовилась слушать. Алиса рассказывала о своём начальнике-тиране, который якобы испортил ей карьеру, о родителях, которые "никогда не помогают", о мужчине, который "не ценит" её жертвы.
Но в какой-то момент Алиса сказала:
— Ты же умная, ты должна знать, что мне делать.
Эта фраза оглушила Анну сильнее, чем длинный монолог. Она почувствовала, как на неё незаметно переложили ответственность — и за настроение Алисы, и за её решения, и за то, чтобы "ей стало хорошо".
Той ночью Анна долго не могла уснуть. Она впервые увидела, что в этих разговорах никогда не было запроса о переменах. Только ожидание, что кто-то другой возьмёт на себя чужую боль и чужую жизнь.
Утром, идя на работу, Анна наткнулась на интервью психолога Елены Соловьёвой, и её слова оказались тем самым недостающим звеном — объяснением, которого Анна бессознательно ждала.
Комментарий психолога Елены Соловьёвой помогает понять, почему попытки "спасти" человека в жертвенной позиции почти всегда заканчиваются тем, что спасатель остаётся виноватым.
"Если вы хотите помочь, то никогда нельзя говорить жертве: "Чем тебе помочь?"", — пояснила эксперт.
По словам Соловьёвой, в жертвенной позиции человек стремится переложить на окружающих ответственность за своё состояние. Он ищет не поддержку и не выход, а того, кто "починит" его жизнь вместо него.
"Фраза: "Чем ты сам можешь себе помочь?", "Можешь ли ты сам что-то сделать, чтобы тебе стало получше?" — выводит человека из состояния "я плюс, а они минус"", — отметила психолог.
Она подчёркивает: жертва не столько хочет перемен, сколько подтверждения собственной правоты — что мир к ней несправедлив, а другие обязаны компенсировать очевидную боль. Поэтому любой, кто пытается помочь, рискует оказаться ответственным за чужие эмоции.
Российский психолог и обозреватель MosTimes Мария Кожевникова считает, что многие люди оказываются втянутыми в роль "спасателя" именно потому, что боятся отказать.
"Когда человек автоматически берет ответственность за чужие переживания, он забывает про собственные границы", — пояснила обозреватель Мария Кожевникова.
По её словам, жертвенная позиция — это не про слабость, а про привычный способ существовать в эмоциональном хаосе. Такой человек не умеет справляться с жизнью иначе, кроме как перекладывать вину, боль и решения на других.
Кожевникова подчёркивает, что людям вроде Анны важно научиться задавать те самые вопросы, о которых говорила Соловьёва: возвращать ответственность владельцу проблемы, а не носить её у себя в рюкзаке. Это не жестокость — это единственный способ помочь другому действительно взрослеть.
Она добавляет, что отказ брать на себя чужую жизнь — это про уважение:
уважение к собственным границам и уважение к тому, что другой человек способен учиться справляться сам.
Такой подход не только освобождает от эмоционального выгорания, но и учит строить более честные и устойчивые отношения — без ощущения, будто ты всё время кому-то должен.