Съела весь торт почти не замечая, а потом поняла, что спрятано за этой привычкой

Алина никогда не думала, что её отношения с едой могут когда-нибудь выйти из-под контроля. Всё началось почти незаметно: долгие совещания, бесконечные переписки и вечные дедлайны забирали столько сил, что по дороге домой она машинально заходила в одно и то же маленькое кафе возле метро. Там всегда пахло тёплым тестом, и этот запах будто обещал короткую передышку — кусочек спокойствия, который можно взять с собой в пакетике.

Со временем стало ясно: дело не в сладком. Десерт просто заполнял тот странный комок в груди, который появлялся всё чаще. Алина пыталась убедить себя, что это просто усталость, но однажды поняла — за этой привычкой скрывается нечто куда более глубокое.

Неловкая поездка и внезапное откровение

Наутро Алина поехала к любовнице своего бывшего мужа — по иронии судьбы они обе работали в одном бизнес-центре и теперь пересекались чаще, чем хотелось бы. На парковке женщина бросила: "Ты что-то изменилась. Устала, что ли?" И в этой интонации не было ни насмешки, ни злорадства — только будничное наблюдение.

Эта фраза задела неожиданно сильно. Алина смотрела на своё отражение в стеклянной двери кафе: взгляд чуть потухший, плечи напряжены, привычная уверенность будто испарилась. И почему-то именно в тот момент она осознала: история не про внешний вид. История про то, что у неё больше нет сил даже на собственные чувства — и сладкое стало самым простым способом их "выключить".

Она решила написать в редакцию MosTimes, надеясь получить совет. Но пока формулировала письмо, понимала, что пишет его скорее себе. Чтобы наконец увидеть, что давно происходит.

Что стоит за столь сильной тягой к сладкому

Когда Алина получила комментарий эксперта, она несколько раз перечитала его — удивительно, насколько точно он будто подсветил то, о чём она сама боялась подумать.

"Разговоры о сладком почти всегда начинаются с физиологии: с того, как сахар действует на тело. Ведь желание съесть сладкое — естественная часть нашей природы. Сладкий вкус сигнализировал древнему человеку, что перед ним еда, которая безопасна и дает энергию, а материнское молоко с его мягким сладковатым вкусом оставило в нас самую первую память о любви, тепле и заботе. Таким образом, за тягой к сладкому стоит бессознательное желание вернуть то самое чувство комфорта и покоя, которое когда-то было безусловным", — сказала практикующий психолог Марина Склярова.

Для Алины эти слова прозвучали почти личным посланием. Детство она вспоминала смутно: строгая бабушка, торопливые завтраки, редкие праздники. Но одно она помнила чётко — по воскресеньям бабушка приносила ей маленький вафельный торт. Они ели его вдвоём, молча, смотря старый сериал. Это было единственное время, когда дом становился по-настоящему спокойным. И, возможно, годы спустя её вечерняя тяга к сладкому была попыткой вернуть тот короткий островок безопасности.

Эксперт напомнила: когда-то сахар поступал в организм медленно, вместе с клетчаткой, и тело иначе переживало этот процесс. Теперь же всё происходит иначе — и реакция организма тоже меняется.

"Дело в том, что организм реагирует на чистый сахар, как на аварию: уровень сахара резко подскакивает и поджелудочная выбрасывает инсулин, чтобы его утилизировать. Через некоторое время сахара в крови становится уже слишком мало, и тело бьет тревогу: "Дай сладкого!" Так мы попадаем в замкнутый круг: всплеск-спад-голод-снова всплеск. Со временем клетки перестают сжигать жир, а печень превращает избыток сахаров в жировые отложения", — объяснила эксперт.

Алина вдруг поняла, что именно так и чувствует себя вечером — как будто тело дергает за ниточку: "Срочно нужно сладкое". Но за биологией скрывалось нечто гораздо глубже.

Когда сладкое — не просто еда

Следующие слова психолога заставили Алину вспомнить многое, о чём она, казалось, давно забыла.

"Сладкое ассоциируется у нас с праздником, радостью, детством или чем-то еще, о чем знаете только вы. Важно замечать и осознавать свои ассоциативные связи, поскольку именно это поможет в будущем их разорвать. К примеру, сладкое может ассоциироваться с похвалой или утешением, — отметила она.

Так же она напоминает, что родители порой в детстве оставляют нас одних и дают сладости, чтобы не было грустно. Так с самого детства мы учимся искать успокоение или поддержку через вкус вместо стремления к человеческой близости. И вот, уже будучи взрослыми, мы неизменно проводим одинокие вечера с шоколадкой, не понимая, что тело просит не сахара, а нежности, покоя, любви и внимания — как от того самого "материнского" объекта".

Алина до последней строки ощущала, как будто эти фразы описывают её собственные вечера на кухне. Она никогда не думала о том, что сладкое стало заменой тепла — тем самым, которого ей вечно не хватало.

Эксперт также напомнила, что иногда тяга к сладкому действительно связана с недостатком минералов, но гораздо чаще — это эмоциональная закономерность, а не физиологическая.

"Поэтому сладкое само по себе — не зло. Оно становится проблемой, когда мы начинаем бездумно его поглощать, "заедая" усталость, пустоту и одиночество. Позиция взрослого — понять, как сладкое влияет на организм. И прежде чем загонять себя в жесткие ограничения, попробовать добавить в свою жизнь немного больше любви, тепла и внимания: к себе и своему телу, к тем, кого вы любите, да и к миру в целом", — резюмировала психолог.

Что можно сделать, чтобы выйти из этого круга

Советы, которые Алина выделила для себя после разговора с психологом

1. Заметить, в какие моменты хочется сладкого — и какие эмоции этому предшествуют.

2. Найти другие жесты заботы о себе: тёплый душ, разговор с близким человеком, короткая прогулка.

3. Постепенно уменьшать количество сахара, не запрещая, а заменяя.

4. Добавлять в рацион продукты с медленными углеводами и клетчаткой.

5. И главное — учиться замечать, что стоит за желанием "съесть что-нибудь вкусное".

Постепенно Алина заметила, что чем внимательнее она относится к своим чувствам, тем меньше ей хочется искать утешение в сахаре. Не потому что она «запретила» себе сладкое, а потому что впервые позволила себе услышать то, что давно требовало внимания. И, кажется, именно это маленькое внутреннее смещение — от автоматической тяги к осознанной заботе — стало для неё тем самым шагом, который меняет больше, чем кажется на первый взгляд.