Рука сама сорвалась на сына, а потом наступила тишина, которую невозможно забыть
Когда Саша впервые ударила сына по руке, она даже не сразу поняла, что сделала. Мальчик пролил сок на пол, а она, усталая и раздражённая, машинально подняла голос. Рука сама "поехала" — не сильно, скорее символически, но ребёнок расплакался так, будто его предали.
В тот вечер Саша долго сидела на кухне, чувствуя в груди странную пустоту. В детстве её тоже "воспитывали ремнём", и мама часто повторяла: "Зато выросла человеком". Теперь Саша ловила себя на том, что слышит в своей голове тот же голос — только теперь он звучал её собственным тоном.
Она всегда считала себя хорошей матерью: готовила, занималась с ребёнком, водила к врачам. Но в последние месяцы всё чаще ловила себя на крике, на холодной усталости. Иногда хотелось просто исчезнуть — хоть на день. А потом возвращалась вина, такая сильная, что хотелось делать для сына ещё больше. Только от этого напряжение не исчезало, а росло.
Однажды подруга прислала ей статью про эмоциональную жестокость. Там было написано, что не только удары оставляют след, но и слова, интонации, холод, молчание. Саша перечитывала абзацы и всё чаще узнавала себя.
Что происходит между мамой и ребёнком
"Появление ребёнка тянет за собой появление роли мамы. Мы не готовились к материнству — у нас есть только образец нашей мамы и нашей семьи. Современные мамы готовятся к родам, но не к материнству", — пояснила психолог Вера Собко.
Она отмечает, что в первые месяцы жизни малыш буквально проживает чувства матери.
"Всё, что переживает мама, весь её внутренний мир ребёнок чувствует через прикосновения, слова, дыхание. Если мама наполнена страхом, тревогой, внутренними конфликтами — малышу приходится нелегко".
По словам эксперта, материнская жестокость редко бывает осознанной.
"Мы выбиваем из ребёнка своё. Свои слабости, свои страхи, свои раны. И всегда находим оправдание: "Потому что не слушается”, "иначе не понимает”".
Но ребёнок не принадлежит родителю, подчёркивает Собко. Он не создан, чтобы подтверждать чью-то значимость.
"Когда детей бьют — это ничем не оправданная жестокость. И всё же часто молчат, особенно когда речь идёт о скрытой форме насилия — оставлении одного, наказании молчанием, угрозах "уйду”".
Многие матери боятся "перелюбить" своих детей, но, по словам психолога, бояться нужно обратного — не дать ребёнку почувствовать безопасность и безусловность любви.
"Первый год жизни — время, когда формируется базовое доверие к миру. Если малыш часто оставался неуслышанным, потом трудно убедить его, что он может быть успешным и любимым".
Когда любовь становится защитой
К разговору присоединяется российский психолог и обозреватель MosTimes Андрей Сафронов.
Он подчёркивает, что материнская строгость часто рождается не из злости, а из страха.
"Родители, особенно мамы, часто действуют из тревоги: им кажется, что ребёнок должен быть подготовлен к жизни, "чтобы не было больно потом”. Но таким образом они лишь переносят собственную боль в отношения".
По словам Сафронова, важно помнить, что эмоциональная близость и безопасность не ослабляют ребёнка, а делают его устойчивее.
"Ребёнок, который чувствует поддержку, лучше справляется с трудностями. А мама, позволяющая себе быть живой, а не "идеальной”, становится настоящей опорой — не через контроль, а через доверие".
Он добавляет, что излечение начинается с признания собственной уязвимости.
"Когда женщина перестаёт быть строгим судьёй для себя, она перестаёт судить и ребёнка. Любовь — это не метод воспитания, а пространство, где можно ошибаться и быть услышанным".
Мир ребёнка начинается с мамы. И если в этом мире есть место теплу, принятию и защите — он вырастет в человека, который не будет искать любовь через страх. Быть мамой — не значит быть идеальной. Это значит — быть рядом, слышать, обнимать, когда страшно. Всё остальное ребёнок научится сам.
