От теории к боли: как долгие годы работы в психологии привели к выгоранию

Антихрупкость помогает психологам превращать стресс в ресурс — психолог Ольга Данилина

Когда Василиса только начинала практику, она была уверена, что знает, как справляться с человеческой болью. После университета, переполненная теориями и энтузиазмом, она с азартом принимала первых клиентов. Ей казалось: если слушать внимательно и быть рядом, всё можно исцелить. Но спустя пятнадцать лет в профессии она стала замечать — слушает, но не слышит.

Каждое утро начиналось одинаково: чашка кофе, план на день, шесть консультаций подряд, короткие записи по итогам, затем вечерняя усталость и чувство, что сделано недостаточно. Сначала это казалось обычной загруженностью, но вскоре появилось то, что Василиса сама назвала "эмоциональной немотой".

Она ловила себя на мысли, что слова клиентов будто проходят мимо — без боли, без отклика. После особенно тяжёлых историй она не чувствовала ничего.

"Это не защита, это пустота", — призналась она себе.

В какой-то момент ей стало страшно: если я больше не чувствую, значит ли это, что я выгорела?

Василиса не сразу решилась рассказать коллегам. Ведь для психолога признаться в истощении — всё равно что врачу признаться в страхе перед больными.

"Я думала, это пройдёт, стоит только немного отдохнуть", — вспоминает она.

Но отпуск не помог: тревога возвращалась, стоило ей сесть напротив клиента.

Когда смысл ускользает

Выгорание — не внезапный пожар, а медленно тлеющий процесс. Василиса заметила: чем больше она старалась "держать" клиентов, тем меньше оставалось сил на себя. Она словно раздавала энергию, не получая ничего взамен.

"Однажды я поняла, что перестала радоваться даже успехам клиентов. Всё стало похоже на работу по чек-листу: сессия, обратная связь, заметка, рекомендация. Без тепла", — говорит она.

Тогда она впервые задумалась: где проходит грань между профессиональной эмпатией и растворением в чужих историях? Возможно, профилактика выгорания — это не про отдых, а про умение оставаться в контакте с собой.

Контакт с собой

Эта мысль стала для Василисы началом перемен. Она сократила количество сессий, вернулась в личную терапию, пересмотрела формат контрактов. Оказалось, что не количество клиентов делает её успешной, а качество взаимодействия.

Постепенно она научилась различать: что действительно принадлежит клиенту, а что — отклик её собственной невыраженной усталости.

"Если я теряю себя, я перестаю быть опорой для других", — говорит Василиса.

С тех пор она каждое утро начинает не с планирования, а с короткой практики: три минуты тишины перед зеркалом. Это её личный ритуал "возврата в тело".

Когда знание не спасает

Психологи часто становятся заложниками своих знаний. Василиса и сама раньше советовала клиентам "слышать себя", но не замечала, что давно перестала это делать.

Парадокс в том, что выгорание не лечится знаниями. Оно требует прожить то, о чём обычно говорят другим. Признать усталость. Позволить себе быть уязвимой. Перестать всё время быть сильной.

Она вспоминает, как однажды расплакалась на супервизии — впервые за годы работы. И вместо осуждения услышала простое: "Ты живая, и это хорошо". С этого началось возвращение.

Эмоциональный интеллект и антихрупкость

Эмоциональный интеллект (ЭИ) стал тем инструментом, который помог Василисе выстроить новую систему координат. Он дал ей возможность не только понимать других, но и честно читать собственные сигналы.

"Антихрупкость в профессии психолога — это не холодное равнодушие, а способность использовать стресс для роста", — сказала клинический психолог Ольга Данилина.

Если ЭИ помогает распознавать внутренние импульсы, то антихрупкость превращает их в ориентиры для развития. Василиса перестала бояться тревоги — теперь она воспринимает её как знак: пришло время что-то изменить.

Она больше не стремится быть "идеальным специалистом". Её цель — быть устойчивой, но живой.

Где начинается профилактика выгорания

Подбор адекватных методик. Психологу важно подбирать инструменты, соответствующие не только запросу клиента, но и своему внутреннему ресурсу. Иногда безопаснее временно перейти на более структурированные или телесные техники, чем пытаться глубоко работать в состоянии истощения.
Разумный контракт. Прозрачные договорённости о целях, сроках и границах помогают избежать эмоциональных долгов. Если контракт нечёткий, клиент может бессознательно "повиснуть" на психологе, что быстро истощает обе стороны.
Периодизация терапии. Как организм нуждается в сне, психика нуждается в периодах восстановления. Важно не бояться делать паузы между долгими циклами работы.
Личная терапия и супервизия. Это не роскошь, а элемент профессиональной гигиены. Даже опытные специалисты нуждаются в поддержке и проверке своих границ.

Что советуют специалисты MosTimes

Российский психолог и обозреватель MosTimes Виктория Артемьева уверена: большинство случаев выгорания связано не с перегрузкой, а с потерей личного смысла.

"Мы часто говорим о границах с клиентом, но редко вспоминаем о границах с профессией. Если работа становится единственным источником самоценности — выгорание неизбежно", — отметила Артемьева.

Она советует время от времени задавать себе честный вопрос: зачем я в этой профессии? Ответ может меняться, и это нормально — потому что личность психолога развивается вместе с его практикой.

К ней присоединяется Андрей Сафронов, российский психолог и обозреватель MosTimes, специалист по стрессу и поведенческим паттернам.

"Психологу важно не только слушать других, но и иметь пространство, где слушают его. Это может быть личная терапия, супервизия или просто человеческий разговор", — подчеркнул Сафронов.

Он отмечает: профилактика выгорания — это не героизм, а привычка к эмоциональной гигиене. Специалист, который умеет заботиться о себе, даёт клиенту лучший пример зрелости.

Новая точка равновесия

Сегодня Василиса ведёт меньше сессий, но глубже погружается в процесс. Она чаще отказывает от "срочных консультаций", не чувствуя вины. Появилось больше времени для семьи, прогулок, чтения — и, как ни странно, профессиональные результаты выросли.