Марине тридцать четыре. В какой-то момент она заметила, что перестала слышать утро. Будильник звенел, дочь что-то говорила, в голове уже прокручивался список дел, но внутри было глухо. Как будто жизнь давно перешла в режим автопилота — всё делалось правильно, по плану, без права на сбой.
Марина воспитывает пятилетнюю дочь и работает из дома. Со стороны её жизнь выглядела благополучной и собранной. Но чем сильнее она старалась соответствовать образу "хорошей матери", тем отчётливее ощущала усталость. Не физическую — ту, что не снимается сном и выходными.
Каждое утро превращалось в негласный экзамен: полезный завтрак, развивающие занятия, спокойный голос, порядок в доме. Любая мелочь, выбивавшаяся из этого сценария, вызывала раздражение, а следом — вину. Раздражение на ребёнка сменялось самокритикой, и этот круг повторялся изо дня в день.
Постепенно стало ясно: жизнь строится не из контакта, а из напряжения. Внутренняя планка не опускалась даже вечером. Ложась спать, Марина снова чувствовала, что "не дотянула". Это состояние напоминало бесконечный дедлайн — без выходных и передышек.
Однажды за ужином дочь отодвинула тарелку и спокойно сказала: "Мама, ты злая". Без слёз, без истерики — просто констатация. В этот момент что-то внутри сломалось. Стало ясно: все усилия не приближают, а делают жёстче.
Тогда Марина впервые задумалась, откуда взялась эта потребность быть идеальной. Почему любое отклонение от образа "терпеливой, мягкой, всегда включённой" воспринимается как личный провал? Подобные переживания знакомы многим женщинам, совмещающим материнство, работу и быт. Нередко именно чувство вины при конфликте ролей становится для них постоянным фоном, а не редким эпизодом.
Со временем Марина заметила ещё одну закономерность: чем выше требования к себе, тем меньше остаётся живых эмоций. Радость превращается в задачу, а отдых — в награду, которую нужно заслужить. В таком состоянии трудно быть тёплой, спонтанной, настоящей.
Психолог Андрей Сафронов называет это состояние ловушкой материнского перфекционизма. По его словам, стремление к идеалу чаще связано не с заботой о ребёнке, а с попыткой справиться с внутренней тревогой.
Мозг словно убеждает: если всё держать под контролем, ничего плохого не случится. Но цена этого контроля — хроническое напряжение. Постоянный внутренний надзор запускает стрессовую реакцию, повышает уровень кортизола и постепенно истощает ресурсы, отвечающие за эмпатию и привязанность. В результате женщина теряет именно те качества, которые хотела сохранить.
"Стремясь быть идеальной, женщина незаметно лишает себя живого контакта — и с собой, и с ребёнком", — отметил психолог Андрей Сафронов.
В психологии давно существует понятие "достаточно хорошей матери". Его смысл в том, что ребёнку не нужен идеал. Ему нужен живой взрослый — тот, кто может ошибаться, уставать и при этом оставаться в контакте. Такой опыт учит гибкости и адаптации к реальному миру.
Когда требования к себе становятся чрезмерными, усиливаются тревога, самокритика и ощущение постоянной нехватки. Специалисты подчёркивают, что перфекционизм усиливает тревогу, а не делает жизнь устойчивее и безопаснее.
Вместо бесконечного списка "надо" психологи предлагают ориентироваться на список "достаточно":
Достаточно накормить ребёнка простым завтраком, даже если на полу остались крошки.
Достаточно одной короткой, но искренней игры без телефона.
Достаточно разогреть ужин, если нет сил готовить.
Достаточно обнять ребёнка, даже если внутри есть раздражение.
Достаточно лечь спать, оставив посуду до утра.
Такой подход — не про отказ от заботы, а про реализм и уважение к собственным ограничениям.
В конце дня можно выполнить простой жест. Положить ладони на голову, словно снимая тяжёлый убор, медленно опустить руки к груди и мысленно сказать: "Сегодня я была достаточно хорошей". Несколько спокойных вдохов помогают телу и психике отпустить напряжение.
Марина не стала менее заботливой матерью. Но стала живее. И именно это, как ей кажется, почувствовал ребёнок.