Иногда всё начинается почти незаметно. Вечерние переписки, долгие разговоры «ни о чём», ощущение, что тебя наконец-то видят и слышат. Марина не сразу поняла, в какой момент оказалась в центре чужой жизни. Сначала это казалось тёплым и даже лестным: мужчина подстраивался под её график, отменял встречи с друзьями, ждал её сообщений.
Постепенно она стала ловить себя на странном чувстве — будто у неё в руках оказался невидимый рычаг. Стоило задержаться с ответом, и на том конце возникала тревога. Стоило быть холоднее, и мужчина начинал извиняться, даже не понимая, за что. Марина не планировала никем управлять, но замечала, что это… работает.
Её пугало не само внимание, а то, как легко оно превращалось в зависимость. Она ловила себя на том, что проверяет, насколько сильно может повлиять на его настроение. Иногда — из скуки, иногда — чтобы почувствовать собственную значимость. После таких моментов приходило другое ощущение: стыд, раздражение, усталость.
Марина пыталась остановиться, но каждый раз возвращалась в эту игру. В моменты одиночества быть для кого-то «самой важной» казалось спасением. Это напоминало эмоциональный костыль: пока кто-то держится за тебя, ты вроде бы не падаешь. Но внутри росло ощущение фальши и тревоги — словно близость подменили управлением.
Со временем отношения начали трещать. Мужчина всё реже принимал решения сам, всё чаще спрашивал, как «правильно». Марина чувствовала не связь, а ответственность за чужие эмоции. Именно тогда она поняла, что оказалась в ловушке, где контроль путают с близостью, а значимость — с властью. Это напоминало сценарии, о которых она читала, когда изучала тему тревожной заботы в отношениях, но до последнего не примеряла их на себя.
Марина признаётся, что больше всего её пугало не поведение партнёра, а собственное. Она не хотела быть человеком, который управляет чужой уязвимостью, но и отказаться от этого ощущения было сложно. Быть «центром» давало краткое чувство силы и защищённости, особенно после периодов, когда она чувствовала себя незаметной.
В такие моменты контроль выглядел как способ не чувствовать пустоту. Но чем дольше длилась эта динамика, тем очевиднее становилось: отношения перестали быть пространством двух взрослых людей. Они превратились в систему, где один растворяется, а другой — несёт груз власти, от которого невозможно получить радость.
По словам психолога Виктории Артемьевой, подобные сценарии редко возникают из желания причинить вред.
«Стремление быть особенным для другого — это способ справиться с внутренней уязвимостью», — считает психолог Виктория Артемьева.
Она подчёркивает, что управление чужими эмоциями часто маскирует страх быть ненужным или покинутым. Когда человек становится «центром мира» для партнёра, он временно избавляется от тревоги, но платой за это становится подлинная близость.
Психолог отмечает, что такие отношения легко спутать с любовью, особенно если в прошлом был опыт эмоционального голода. Тогда контроль ощущается как забота, а зависимость — как привязанность. Похожие механизмы лежат и в основе эмоциональной зависимости, из-за которой людям бывает трудно выйти из разрушительных связей.
По мнению специалиста, первый шаг — честно признать, что ощущение власти над чувствами другого приносит удовольствие. Это не делает человека плохим, но даёт точку опоры для изменений.
Важно также вернуть фокус на собственную жизнь: интересы, выборы, границы. Там, где появляется самостоятельность, исчезает потребность управлять. Настоящая близость начинается не с контроля, а с готовности быть уязвимым и позволять другому оставаться отдельным.
Марина говорит, что этот путь оказался непростым, но именно он вернул ей ощущение живости. Отказ от роли «главной» сначала пугал, но затем принёс облегчение. Вместо постоянного напряжения появилось пространство для честных чувств и более равных отношений.